НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно. Подробнее »

 
Медицина: непредвзятый взгляд
Пациенты приднестровских клиник могут рассчитывать на квалифицированное лечение
Недавно меня угораздило простудиться. Будучи активной не любительницей походов по врачам, несколько дней я боролась с болезнью в одиночку. Мне становилось все хуже. Когда окружающие уже не могли терпеть грохот моего кашля, меня под белы руки почти насильно отвезли в РКБ. Осмотрев, доктор обнаружила не просто простуду, а бронхит.

Я приуныла — во-первых, зная по опыту моей мамы, регулярно лечащей свой бронхит по месяцу, я поняла, что из строя выпала надолго, во-вторых, больничный мне никто не выпишет, а значит, прощай намеченная покупка новых сапог!

Однако врач сотворила чудо — уже на 3-й день я появилась на рабочем месте, к вящему изумлению коллег. Более того, предъявила им больничный, который потом без проблем переоформила на российский аналог. При этом с меня не взяли ни копейки.

Собственно, этот эпизод из личной жизни заставил меня заинтересоваться системой медицинского обслуживания в Приднестровье. Пообщавшись с местными жителями, у меня создалось впечатление, что они как-то недооценивают то, что имеют. В Приднестровье, в отличие от России с ее страховой системой, медицина — бесплатная. То есть финансируется из бюджета. Если приднестровец, не дай Бог, попадет в ситуацию, подобную моей, в 99% случаев ему не окажут никакой бесплатной помощи. Ибо у него нет главного документа, по которому в России получают медицинские услуги, — полиса. В жизни (вопреки заверениям чиновников от медицины) сплошь и рядом бывают случаи, когда житель одного города России, имеющий полис, попадая в другой и заболевая там, может не получить причитающуюся ему помощь, по крайней мере бесплатно. Как мне потом пояснил главный врач Республиканской клинической больницы в Тирасполе Владимир Пелин, гражданина любого государства первые трое суток лечат за счет бюджета, так же оказывается и неотложная помощь. Кроме того, больничный лист, выданный в Приднестровье, признают в России, на Украине и Молдове. По приезде в родные пенаты нужно лишь переоформить его на «местный». Боже упаси вас в России воспользоваться бесплатной помощью — самая дрянная палата, раздолбанная койка и врач, только что закончивший вуз — гарантированы. Хочешь, чтобы тебя нормально лечили, — плати.

Кроме того, и в этом я убедилась на собственном примере, квалификация приднестровских врачей ничуть не уступает, а иногда и превосходит российских. Неслучайно приднестровские медики прекрасно трудоустраиваются в Москве и Подмосковье, на Украине. И это мое личное и возможно субъективное мнение — они как-то интеллигентнее, внимательнее, добрее, а главное, не утратили чувства сопереживания пациенту (в России многие не врачи — люди в белых халатах — только тогда проявляют интерес к больному, когда им занесешь конверт с купюрами). Я наблюдала такой случай — босс «отчитывал» завотделением за то, что она не приняла участие в научной конференции. «Да как же я пойду, — оправдывалась женщина, — когда у меня такой тяжелый пациент!». Признаться, у себя на родине я такого не слышала.

И самое главное, цены на платные услуги или операции здесь существенно ниже, чем в Молдове, на Украине, не говоря уже о РФ. Например, консультация профессора в РКБ стоит 9 рублей ПМР, осмотр врача — 7 рублей. Пересадка хрусталика в Приднестровье обойдется в 450 долларов (стоимость расходных материалов), в Молдове и на Украине — в 700 долларов.

В России цена на такую операцию с использованием отечественных расходных материалов — 20 тыс. рублей, но ждать ее надо 2-2,5 года. А если нужно срочно — изволь выложить 30 тыс. рублей. В клиниках Федорова, работающих на американском оборудовании, такая операция обойдется уже в 60 тыс. рублей.

Или взять другую распространенную операцию — удаление желчного пузыря. Тут прейскурант таков: Москва — от 2,5 до 5 тыс. долларов, Московская область — от 1 до 2 тыс., Одесса — 1000-1200 долларов, Кишинев — 300-350, Тирасполь — 200 долларов. То же касается стоматологических услуг, которые здесь дешевле на порядок. Поэтому частенько люди приезжают в местные санатории отдыхать и заодно ставят себе коронки или зубные протезы. Охотно пользуются местной медицинской помощью россияне, имеющие в ПМР родственников. Некоторые едут целенаправленно к конкретному доктору. Например, жительница Подмосковья Наталья Б. узнала от знакомых, родом из Приднестровья, о том, что в РКБ делают качественные операции по удалению опухолей. Так как в России хирургическое вмешательство было неудачным, она решила попробовать лечь в клинику в Тирасполе. Операция прошла успешно. Обошлась она ей в 140 рублей ПМР, плюс стоимость койко-дней и обезболивания. Женщина была удивлена такой скромной ценой, потому что в России ей пришлось бы заплатить за это в несколько раз больше.

Клиника с традициями
Чтобы «подкрепить» свои ощущения, я беседую с главным врачом Республиканской клинической больницы — флагманом медицины ПМР, Владимиром Пелиным. Это многопрофильное государственное учреждение, рассчитанное на 665 коек. Лечебный корпус появился в Тирасполе еще в 1934 г., так что это клиника с «традициями».

— Владимир Дмитриевич, в каждом лечебном учреждении культивируются определенные методы лечения. На чем специализируется РКБ?

— У нас развито несколько направлений. Прежде всего это эндоскопическая хирургия. Врачи-эндоскописты клиники делают тысячи сложнейших операций, выступают с докладами на всех съездах эндоскопистов России и Европы. Наше оборудование соответствует сегодняшнему дню.

У нас очень сильный центр глазной патологии, мы делаем все виды офтальмологических операций. Наши врачи котируются на Украине, в России. Недавно они вернулись из Вены, где выступали с докладами, до этого были на симпозиуме в Бухаресте. Наши доктора владеют тремя — четырьмя языками: русским, французским, английским, немецким. Мы не отстаем от мирового уровня как по техническому развитию, так и по хирургической активности. Актуальный вопрос — онкология. Занимает 2-е место в рейтинге смертности. В Приднестровье есть государственная программа помощи онкологическим больным, до конца года мы должны создать онкоцентр. Для него уже закуплено оборудование. Недавно наши специалисты-онкологи вернулись после обучения в Санкт-Петербурге. Осваиваем радиологию — лечение лучом.

У нас очень хорошая кардиология. Добиваемся неплохих результатов. Если взять показатели смертности после острых инфарктов, то у нас цифры соответствуют мировым стандартам.

Хотел бы обратить ваше внимание на эндокринологию. Мы сотрудничаем с самыми лучшими фирмами мира, и у нас самый очищенный инсулин, поставляемый из Дании. В РКБ очень хорошее реанимационное отделение. Там — лучшее оборудование, которое есть в мире. Больным туберкулезом, СПИДом оказывается медицинская помощь, соответствующая мировым стандартам. Благодаря крупным международным организациям — «Врачи без границ», «ГЛОБУС» — наши больные имеют возможность получать все необходимые лекарства.

А вообще в РКБ есть все отделения, которые должны быть в многопрофильной клинической больнице. Есть свой компьютерный томограф, современные аппараты УЗИ, качественное импортное и отечественное оборудование. На нашей базе проходят обучение студенты медицинского факультета университета.

— Кто в основном лечится в клинике?

— Больница всегда работает с нагрузкой 80% — это хороший показатель. Превалирует ургентная помощь. Если разделить поток больных, то 30% к нам поступают планово, через поликлиники, лечащих врачей, 70% — это экстренная госпитализация. В основном за счет хирургических больных. Это острый аппендицит, ущемленная грыжа, травмы. Что касается последних, то в наш травмпункт обращается от 70 до 100 человек в сутки. Это беспокоит. Если раньше преобладал производственный травматизм, то сейчас уличный, бытовой. Машины, скорости, невнимательность на дорогах, аварии…

— Главный потенциал любой клиники — это ее специалисты…

— У нас работает 1250 сотрудников, 20 кандидатов медицинских наук, несколько докторов наук. Средний возраст специалистов — 35-40 лет. Это те кадры, которые «ковались» еще в советское время. Мы все проходили обучение в лучших клиниках России и Украины, сегодня у нас есть возможность выезжать в Европу, но не так часто, как того хотелось бы. Хотя проблема кадров остается. Бывает, люди, как наберутся опыта и уходят — ищут там, где лучше.

— В Приднестровье нет страховой медицины, но есть платная?

— Вся медицина дотируется государством, каждому больному оказывается помощь за счет бюджетных средств. Мы лечим по стандартам, они у нас идентичны российским. Да, у нас есть элементы платной медицины. Люди разные, кто-то хочет отдельную палату со всеми удобствами, кому-то нужна сиделка, кто-то хочет лечиться у конкретного врача. Сегодня в здравоохранении во всем мире присутствует очередь — на редкие препараты, компьютерную томографию, магнитно-ядерные резонаторы, другие методы диагностики. Но есть граждане, которые хотят получить это здесь и сейчас. Мы готовы оказать эту услугу, но на платной основе.

— Операции входят в платные услуги?

— У нас государственная больница и соответственно операции делаются бесплатно, за счет государства. Но есть такие, которые относятся к высокотехнологичным. Они сейчас включены в категорию коммерческих операций. Но для некоторых категорий граждан — участников, инвалидов Великой Отечественной войны, инвалидов локальных войн, защитников Приднестровья и членов их семей — и эти операции бесплатны. Мы делаем платные операции для иностранных граждан. Но цены на них на несколько порядков ниже, чем у них на родине. Например, лечение катаракты методом имплантации искусственного хрусталика стоит 700 приднестровских рублей, а в соседней Молдове — 700 долларов. На сегодняшний день около 20 человек-граждан Украины, России, Молдовы принимают лечение в наших стенах.

— Если человек не может получить помощь в РКБ, есть ли практика его отправки в другие лечебные учреждения?

— Безусловно. Мы активно сотрудничаем с Киевской клиникой кардиохирургии. Отправляем туда наших пациентов на протезирование клапанов сердца, шунтирование. Когда больному необходима лучевая терапия — договариваемся с Кишиневским онкоинститутом, где проводится радиологическое лечение. Мы не делаем на базе РКБ эндопротезирование, то есть замену суставов рук, колен, пользуемся услугами других клиник, которые развивают этот вид лечения. Хотя это очень дорогостоящая операция — замена одного сустава обходится в 10 тыс. долларов — но граждане получают ее бесплатно. Правда, есть очередь. Отправляем наших пациентов на консультации в институт гастроэнтерологии России, другие диагностические центры. Для лечения больных с онкологией, неврологией, сердечнососудистой патологией нужно дорогостоящее оборудование. В то же время у нас за год бывает всего до десятка таких пациентов. Поэтому проще заплатить определенную сумму денег, отправив их лечиться в другие клиники, чем развивать это направление у себя.

— Бывает, что лечение хорошее, а питание — хуже некуда. Родственникам приходится приносить из дома еду…

— Мы хорошо кормим больных. У нас в меню обязательны рыба, мясо, молочные продукты. Человек должен получать в день 120 г белка, он их у нас получает. Все по нормам питания — за счет гуманитарной помощи от России.

Автор - Элеонора Рылова, Тирасполь     

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Pmr.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006-2009 ©